«Мы должны брать из прошлого огонь, а не пепел».

Жан Жорес, французский философ и историк

Река Времени часто уносит вдаль наши любимые вещи. Остается вспоминать и предаваться светлой грусти. Видеоигры — не исключение.

Фотореализм пришел в интерактивную графику, топчутся на пороге консоли нового поколения, а эти игры доставляют удовольствие, как и прежде. Нет, речь идет не о ваших личных игровых ценностях. Как раз именно вашей любимой игры в этом материале может и не быть. Мы вспомним те проекты ХХ века, которые объективно круто играются по сей день. За которыми может зависнуть даже молодежь со взором горящим. Те ценители видеоигр, кто прошлый век не застал вовсе. Поехали.

Earthworm Jim (1994). Звезда 16-битной эпохи, Червяк Джим стал одним из самых узнаваемых героев видеоигр. Зубоскал и остряк, борец со злом и космический путешественник, он был самым, пожалуй, ярким и неординарным героем игр своей эпохи. У Earthworm Jim богатая история и проработанная вселенная — здесь на помощь пришел мультсериал, который, к слову, был очень популярен в то время на русскоязычных телеканалах. Однажды из космоса на Землю упал чудесный скафандр, дающий обладателю силу и ум. В скафандр случайно заполз обычный дождевой червяк — так и появился Джим. А игра о нем стала эталонным двухмерным экшеном, с лихой стрельбой, очень разнообразными уровнями, межпланетными перелетами в псевдо-3D и графикой, максимально приближенной к хорошему мультфильму.

О скором возвращение Джима давно ходят слухи. Мы уже заждались

Comix Zone (1995). Комиксы и видеоигры связаны давними крепкими узами. Но еще никогда до Comix Zone (да и после нее) нам не предлагали в играх путешествие на страницы комикса в прямом смысле слова. По сюжету игры в свой собственный комикс попадает художник: во время грозы он меняется местами с нарисованным злодеем. Визуальная часть была создана в духе графических романов, а герои игры оживали с применением передовой технологии захвата движений. Геймплей Comix Zone сочетал в себе яростный файтинг и элементы приключения. Но главным достоинством Comix Zone стала эстетика комикса, прямо влияющая на процесс. Так, злодей Мортус из реального мира постоянно дорисовывал нам противников — мы видели его карандаш прямо в кадре. А наша ручная крыса могла отыскать тайник, оторвав краешек страницы, служившей нам границей игрового экрана.

Злодей лично рисует своего миньона

Myth: The Fallen Lords (1997). Первая часть трилогии темного фэнтези в свое время взорвала играющее сообщество. О Myth говорили и писали в печати даже на постсоветсвом пространстве, где то самое сообщество большими размерами не отличалось. Эта тактическая игра была трехмерной, хотя использовала спрайтовых персонажей. И камера послушно вертелась, неровности рельефа имели важное, порой критическое значение, а удаление и приближение ракурса на то время щеголяли невиданной свободой. Но главной звездой стала рабочая игровая физика. Такого прежде еще не было. Гранаты гномов отскакивали от стен, скатывались по склону к ногам бросавшего их же, а взрыв десятка мин закрывал экран осколками и ошметками. Представьте только: оторванная бомбой лапа монстра с зажатым в ней тесаком могла пролететь десяток метров, чтобы воткнуться в зомби, стоявшего неподалеку. Такие трюки и сегодня редко увидишь. Хардкорный геймплей заставлял десятки раз переигрывать самые напряженные моменты, монстры радовали вычурным дизайном, а мультипликационные заставки напоминали лучшие работы Дона Блута (мультфильм «Все псы попадают в рай», игра Dragon’s Lair).

Монстры нападут на деревню и будут многократно превосходить числом защитников. Победа даст лошадиную дозу эндорфинов

HalfLife (1998). Пришествие Гордона Фримена многое изменило в геймдеве вообще и в шутерах в частности. История рассказывалась только от первого лица и только в реальном времени. Геймеры получили потрясающий эффект сопричастности. Появилась потрясающая игровая вселенная, к которой, к слову, разработчики вскоре вернутся в формате VR. Корни этого мира растут из повести Стивена Кинга «Туман», но вселенная Half-Life значительно переросла по масштабу и детальности первоисточник. История неудачного эксперимента впечатляет и сегодня, настолько детально команда Valve показала катастрофу глазами Фримена. А геймплей запомнился тем, что за десяток часов прохождения ни разу не провис до скуки и не повторился. Нам показывали сценки в лучших традициях Голливуда, пугали невиданными чудищами, а в оригинальном арсенале героя были ручные плотоядные тараканы и многое другое.

В Half-Life было все, что можно придумать для шутера. Битва с вертолетом в том числе

Baldurs Gate (1998). Эта история — которая, как многим известно, скоро продолжится — началась больше двадцати лет назад. Разработчики из канадской компании BioWare, что позднее создаст Mass Effect и Star Wars: The Old Republic, взялись за лицензию легендарной настолки D&D. Игра стала самой настоящей революцией в жанре. Тактические бои в реальном времени с постановкой на паузу бодро играются и сейчас — все благодаря богатству возможностей. Сюжет о детях Баала отличался увлекательностью и уходил от штампов: главный злодей действовал из тени, разжигая крупную войну. Герои партии стали личностями: они могли обидеться и уйти от игрока-самодура. Но основная звезда Baldur’s Gate — сами Забытые Королевства. Действительно большой, пестрый, опасный и прекрасный мир для искателей приключений. Мы под незабываемую музыку топтали поля и перелески, совали нос в такие интересные пещеры и могильники, а на дороге нас мог встретить наглец-фехтовальщик и вызвать на дуэль. Он же мог быть успешно послан к чертям — нелинейность.

Во время боя Baldur’s Gate превращалась в тактическую стратегию

Planescape: Torment (1999). Эта классическая RPG обязательна к ознакомлению всем, кто неравнодушен к видеоиграм в принципе. Это вновь Dungeons & Dragons, только теперь в совсем уж причудливом мире Сигила, Города Дверей. Оттуда можно попасть в бесконечное множество иных миров, если захочешь. И если не захочешь, тоже. Игра прославилась мощным многослойным сюжетом, для которого были написаны пресловутые 800 000 слов. История о бессмертии и его смысле, о любви, дружбе, предательстве и еще о десятке столь же важных вещей. Planescape: Torment рассказывает о судьбе Безымянного, персонажа без памяти и без способности умереть. Главная сила геймплея — диалоги. Они здесь решают и определяют все происходящее. Диалоги ветвистые, прекрасно написанные и многословные. Ну а команда Безымянного — еще один веский повод приобщиться к классике. Чего стоит один летающий череп Морте — болтун, трус и бабник (!).

При жизни Морте был тем еще грешником. Смерть ничего особо не изменила

Homeworld (1999). Стратегии о космосе были и до Homeworld. Но только эта успешная RTS напомнила о том, что космос трехмерен. Все действия, будь то сбор ресурсов или битва флотилий, разворачивались в полном 3D, со свободной камерой и маневрами по всем осям. Такое вызывало попросту шок. Сегодня Homeworld интересна по-прежнему. Проработанной и сбалансированной тактической моделью — не зря над игрой трудились мастера-канадцы из студии Relic, на чьем счету сегодня такие серии, как Warhammer 40000: Dawn of War и Company of Heroes. Здесь по-настоящему ощущается эпический размах: под нашим командованием — знаменитый Материнский корабль, где живет целая раса. Здесь увлекательная история о поиске потерянной родины. Здесь потрясающей красоты космос и великолепный саундтрек. Такие материи неподвластны времени (но ремастер все же выпустили).

Космос в игре далек от реальных расцветок. Но красив невероятно

Silent Hill (1999). Одна из самых страшных, стильных и философски заряженных серий стартовала на старушке PS1, восседавшей на консольном троне как раз в конце тысячелетия. История Гарри Мейсона и его поиска пропавшей дочери не оставит безучастным даже современного, избалованного драматургией геймера. Городок Сайлент Хилл, под которым горят залежи угля, плотно скрыт туманом — вы, возможно, слышали легенду, что именно так была уменьшена дальность прорисовки для хилой консоли. Но декорации здесь пугают больше, чем гротескные монстры из мглы. Одна из «выстреливших» фишек — экскурсы в параллельный мир, ржавый, мертвый и полный чуть ли не осязаемой тоски и дискомфорта. В комплекте шел набор убедительных, отлично озвученных персонажей. Некоторые головоломки можно назвать образцом мрачного дизайна. И обязательно нужно вспомнить о музыке гениального Акиры Ямаоки.

Жутко и увлекательно. Что еще нужно хорошему хоррору?

Sacrifice (2000). Эта стратегия стала одной из самых нестандартных игр жанра. При этом игра от команды Shiny Entertainment была и остается невероятно увлекательным, стилистически эффектным и успешным экспериментом. Мы играли за могучего колдуна, вели в бой войска и лично разили врага магией от третьего лица. Основным ресурсом стали души погибших на поле боя. А победы достигал тот волшебник, кто быстрее смог осквернить алтари соперника, принеся там в жертву один из юнитов. Процесс был непривычен и сложен, но игра затягивала накрепко. Вместе с необычной механикой стоит отметить дизайн миров и существ. Разработчики задались целью удивить, и у них это вышло. Sacrifice психоделична в самом лучшем смысле этого слова: здесь каждый клочок локации, каждый мелкий персонаж — гимн победившему андеграунду, неформату и визуальному стилю. Стоит оценить хотя бы пятерку здешних сварливых богов. Ну а мелкий бес, собирающий души огромным шприцом — незабываемое зрелище.

В свое время максимальные настройки Sacrifice принесли в жертву большинство ПК

Deus Ex (2000). Бывают игры, в которых здорово сделано буквально все. К ним относится и первая часть Deus Ex. В этой классике игрового киберпанка отличная история о глобальном заговоре. Здесь невероятная вариативность геймплея — от жесткого экшена до тонкого стелса. Мир Deus Ex детально проработан на уровне многотомной фантастической книги опытного автора. Здесь масса отлично написанных и озвученных диалогов. Здесь звучит множество классных треков Александра Брэндона. Адреналиновые миссии в логове террористов сменяются прогулками по просторному подземному штабу и вдумчивым копанием в инвентаре. Графика Deus Ex по понятным причинам устарела, но таких убедительных роботов еще стоит поискать в современных играх. А главное, Deus Ex на каком-то волшебном уровне впервые в истории геймдева объединила глубокую ролевую игру и лихой шутер от первого лица.  

В Deus Ex больше диалогов, чем в некоторых «чистых» RPG

Rune (2000). Ни слова о современном продолжении. Вспоминаем об отличной игре 2000 года. Культовый статус этому экшену с видом от третьего лица принесло умелое воплощение на экране скандинавской мифологии и истории. Поселение викингов, архитектура, оружие и доспехи, мифология и бестиарий — в Rune все было пропитано северным колоритом. Наш герой, юный воин Рагнар, должен был предотвратить Рагнарек, и на пути к этой цели начиналось самое интересное — отличная слешерная механика. Рагнар прикрывался щитом, рубил врагам конечности, опрокидывал монстров булавой и, впадая в неистовство, рвал всех вокруг в натуральные клочья — система повреждений позволяла. Rune серьезно повлияла на весь жанр слешеров. Брутальность боевой системы наверняка придется по нраву современным геймерам, исходившим вдоль и поперек любимую God of War.

В довольно продолжительном вступлении Рагнар гуляет по родному поселку

Baldur’s Gate 2: Shadows of Amn (2000). Многие любители RPG и сегодня считают — и, скорее всего, завтра будут считать — эту игру лучшей в своем жанре. Тому есть причины. Продолжение во всем превзошло блистательный оригинал. Мир Фейруна в Забытых Королевствах предлагал сотню часов отборных приключений. История дележки наследства потомками Баала стала еще более увлекательной. Сюжет проводил по невероятным местам, среди которых пылающая преисподняя и эльфийский город на деревьях — самые очевидные. А ведь была еще незабываемая психбольница для волшебников! Масштабы игры поражают и сегодня. Количество локаций, квестов, героев, предметов и заклинаний измеряется какими-то фантастическими цифрами. Свобода — почти полная, один из первых больших квестов звучит коротко: «Соберите нужную сумму». А судьба Йошимо из вашей команды — до сих пор один из мощнейших сценарных финтов в играх. Именно в Shadows of Amn в своем лучшем виде выступил популярный графический движок Infinity Engine. Количество деталей в кадре ошеломляло: над прилавком мясника, к примеру, можно было увидеть вьющихся мух.

Большой, живой, шумный и красивый Амн, южная столица. Еще одно достоинство Baldur’s Gate 2

Diablo 2 (2000). Основы привлекательности серии Diablo были заложены еще первой игрой. Но мы решили вспомнить именно вторую по нескольким причинам. В Diablo 2 в лучшем виде представлено все то, за что серию любят и поныне. Это простой в освоении, но жутко прилипчивый геймплей. Это собственная мифология, рассказанная великолепным CGI-видео. Это разные классы, каждый из которых хочется опробовать. Это фантастический дизайн демонов. Но у второй части есть то, чего не стало у Diablo в текущем веке. На игрока обрушивался водопад, даже лавина трофеев. Да, там хватало разноцветного бесполезного хлама, но разбирать добычу и примерять на куклу персонажа все эти кольчуги и щиты было удовольствием в себе. А прокачка Diablo 2 была действительно сложной: не зря каждая уважающая себя газета и журнал о ПК-играх публиковала руководства по развитию паладина или волшебницы. Затягивающее продвижение по извилистым ветвям прокачки лишало сна и подчиняло себе не хуже, чем камень души.

Инвентарь и кукла персонажа в Diablo 2 похищали душу. В третьей части все здесь стало скромнее

Project I.G.I.: I’m Going In (2000). Из холодной Норвегии пришел один из самых сложных и интересных шутеров тех времен. Даже сегодня игре есть чем увлечь. Если история о военных преступниках и бойцах спецназа вряд ли тронет искушенного игрока, то процесс в Project I.G.I. хорош и по-своему оригинален. Основная часть миссий — диверсии на охраняемых объектах. Скрытность очень важна. Сигнал тревоги не приведет к концу миссии, но дело значительно усложнится, ведь герой гибнет от одной-двух пуль. Впрочем, неприятель тоже. Отсюда особая острота огневого столкновения. Но главная особенность игры — огромные, гигантские карты. Да и сами вражеские базы велики. Появляется небывалая тактическая глубина. Спланировать нападение можно десятком способов в сотне направлений. Недавно к радости поклонников была анонсирована третья часть франшизы.

Project I.G.I. отличалась отлично проработанным огнестрельным оружием

Hitman: Codename 47 (2000). Самая узнаваемая лысина мира видеоигр блеснула в первой игре своей серии столь ярко, что блеск этот не скрыть даже спустя много лет. Codename 47 стала не просто началом франшизы. Это прекрасный образец стелс-экшена с прицелом на реализм и высокими требованиями к интеллекту. В игре образцовый дизайн миссий — каждая из них стала головоломкой, изящной, непростой и с несколькими вариантами решения. Миниатюрная песочница и несколько путей к цели — такая формула используется датской командой по сей день; Сорок Седьмой не собирается на пенсию. В игре была действительно эффектная регдолл-физика, цитирование киноклассики, от «Крестного отца» до «Терминатора 2», и музыка Йеспера Кюда, который затем напишет саундтрек к Assassin’s Creed 2 и множество других незаурядных вещей.

Сорок Седьмой постоянно общался с представителями криминального мира

Это, конечно, далеко не полный список. Высказывайтесь в комментариях, какая игра прежних лет достойна, по вашему мнению, чтобы с нее сдували временами пыль.

Источник: 3dnews.ru

Больше похожих новостей
Показать еще в Игры

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Интересное еще

The Suicide of Rachel Foster — прошлое настигнет. Рецензия

Жанр Приключения Издатель Daedalic Entertainment Разработчик One-O-One Games Минимальные т…